«Бусинки мудрости»
Анна кожара
Практики осознанности и
теория привязанности
Говоря о своей сфере интересов, я часто выдаю такую формулировку: меня интересуют родительство и осознанность, но особенно та область, где эти сферы пересекаются. Довольно обтекаемая фраза, согласитесь. Особенно, если учесть, что как под родительством, так и под осознанностью может подразумеваться масса вещей.
Для наглядности мы можем представить всю совокупность значений слова «осознанность» как множество, обозначенное синим кружочком, а аналогичный красный кружок возьмём для множества значений понятия «родительство». Совместив хотя бы на немного эти два кружочка, мы получим фиолетовую... лодочку, в которой окажется масса животрепещущих вопросов: начиная от того, насколько родитель отдаёт себе отчёт в том, какое влияние его модели поведения оказывают на ребёнка, и заканчивая тонкостями вроде адаптированных практик осознанности, которые можно делать вместе с детьми.

Но есть в этой области пересечения одна тема, которая по важности перекрывает для меня все остальные. Продолжая аналогию с плавсредством, я бы сказала, что это двигатель, вечно бьющееся сердце лодки осознанного родительства. Эта тема – как на глубинном уровне практики осознанности и внимательности перекликаются с теорией привязанности.
Эта тема – как на глубинном уровне практики осознанности и внимательности перекликаются с теорией привязанности.
Что такое привязанность?
Я для себя интуитивно определяю привязанность как связь, реализующуюся в чувстве близости, принадлежности. На самых ранних этапах развития – это витальная потребность: чувствовать, что есть кто-то, кто о тебе позаботится, потому что без этого «кого-то» человеческий детёныш не способен выжить. Потом эта связь усложняется, как будто цельная нить, связывающая ребёнка с заботящимся взрослым, расщепляется на составляющие – в какой-то момент туда включается не только чувство физического и эмоционального комфорта, но и реакции значимого взрослого на те или иные способы поведения, затем - на слова и суждения. И если с этими связями все в порядке, если они прочны на всём пути развития, затем они истончаются, мягко отпадают, заменяются другими ниточками, связывающими человека с большим миром, с другими людьми, и он готов получать по ним ту же питательную смесь из принятия, уважения и любви, так же как передавать по этим «проводами» свои.
Если же на каком-то этапе установлению безопасной привязанности что-то мешает, и психика ребёнка вынуждена формировать защиты – закрываться, сматывать свои ненапитанные ниточки внутрь, перепаять, закупорить разрубленные опытом насилия связи, чтобы не испытывать этой боли в будущем. Вместе с этим теряется базовое доверие к миру, не устанавливается полный открытого любопытства контакт с реальностью и не течёт энергия по ниточками-проводкам. Человек живет, функционирует, но по какой-то своей, индивидуально приспособленной к миру, схеме.
Впервые мое внимание на эту тему обратила книга Дэниела Сигела «Внимательный мозг». В ней очень подробно и научно Сигел (психиатр, нейроученый и специалист по привязанности) рассказывает о процессах сонастройки и резонанса, которые разворачиваясь между людьми «вовне» с помощью системы зеркальных нейронов, позволяющих успешно считывать состояния и предвосхищать действия другого, как раз обеспечивают безопасную привязанность между взрослым и ребёнком. Те же самые нейронные контуры задействуется и в практике внимательности, только в этом случае внимание разворачиваются «внутрь». Избавлю вас от чтения научных терминов. Вот вкратце о чем абзац выше:
Внимательность можно рассматривать как способ развития безопасной и здоровой привязанности к самому себе.
Я готова перечитывать эту фразу снова и снова, поскольку она вызывает во мне целый букет чувств: ясность мгновенного озарения, радость узнавания и вздох облегчения.

Благодаря практике я чувствую как мой внутренний ребёнок и внутренний взрослый перестают бороться за жилплощадь и могут одновременно уживаться внутри меня, разматывать вместе те ниточки и связи, которые в силу обстоятельств были смотаны, запрятаны, укорочены и обрублены. Смотреть, как они могут по-новому связываться с миром, понемногу пробившись сквозь крепкие защиты прежних привычных реакций: неуверенности, страха, стыда. Восстанавливать более полный контакт с реальностью, более живое чувство присутствия, более полной включённости в настоящий момент.И из этого состояния безоценочного, любящего принятия самого себя закономерно становится все проще безоценочно и любя принимать другого. И что особенно ценно – своих детей. И тут круг замыкается, лодка родительской осознанности смело встаёт на курс в открытый океан жизни, без опасений попасть в шторм из воспитательных коллизий и драм. Появляется уверенность и чувство опоры, ведь в этой точке, откуда заботливое внимание направляется и наружу, и внутрь, найдутся ответы на все вопросы, нужно просто поддерживать с ней связь, не забывая обновлять, «зачищать контакт» во время практики.
Анна Кожара
Мама двоих детей, блогер и преподаватель практик осознанности
Родительство и практики внимательности пришли в мою жизнь практически одновременно. Вот уже больше шести лет я внимательно наблюдаю как эти две темы развиваются внутри естественно, гармонично и взаимопроникающе. Мне удаётся видеть детей во взрослых и взрослых в детях. Способность совместить и удерживать обе эти перспективы - большой ресурс устойчивости и радости для меня, а ещё источник вдохновения для моих текстов.
Made on
Tilda